Кратский очерк истории сел и хуторов Богучарского района. с. Абросимово. д. Белая Горка.

АБРОСИМОВО - село расположено на правом берегу р. Дон. Впервые Обросимовский караул упоминается в государевой отписке[1] за 1645 год.

Можно предположить, что ее название произошло по имени казака Обросим или разбойника Абросима, всего вероятнее это был первопоселенец. В 1699 году в этих местах был основан Успенский Донецкий монастырь.

Монахи прибрали к рукам значительные участки земли по берегам Дона. Они не препятствовали заселению этих земель крестьянами-переселенцами из Малороссии, но постепенно превратили их в зависимых. Так возникла слободка Абросимово. Первая церковь Николая Чудотворца построена в 1782 году, священник Даниил Федоров.

В ревизских сказках за 1782 год сообщается о семье драгуна Степана Ивановича Гончаренко, который поселился здесь в 1769 году с женой Матреной Михайловой и тремя дочерьми.  

На карте Воронежского наместничества за 1792 год слобода обозначена как Обросимово. Жители экономические малороссияне. На 1797 год войсковых обывателей пользовались правом на винокурения, согласно 5-й ревизии душ: 503 мужского и 522 женского пола.

Согласно «Ревизским сказкам»[2] на 1835 год старожилами села, которые поселились здесь в период с 1720 по 1750 годы, были: Тимофей Яковлевич Шульженко, Михаил Моисеевич Сущенков, Марк Миронович Ковалев, Федор Осипович Мельников, Захар Иванович Лободин, Михаил Петрович Своеволин, Матвей Яковлевич Синельников, Степан Михаилович Хирный, Осип Ефимович Цыганский, Даниил Степанович Синюков, Павел Алексеевич Передириев, Калина Григорьевич Ткаличев, Василий Иванович Дорошенков и другие. В 1819 году старейшему жителю слободы Степану Ивановичу Гончарову было 83 года.

На 1835 год в слободе проживало 768 мужчин и 809 женщин.

В 1840 году много семей ушло жить в с. Медово.

У Токмакова И.Ф. в 1900 году: «Абросимовка, слоб. каз. при р. Доне, в 26 верстах от уезднаго города, в 23 верстах от становой квартиры, по правую сторону Черкасскаго тракта», в селе 280 дворов и 1818 человек жителей. При церкви жила семья первого священика Даниила Федорова, состоящая из четерех мужчин и пяти женщин. Церковь перестроена в 1864 году. Священник ее стал Николай Иванович Кожин.

В селе родился известный священник П.Д. Попов в последствии священник кладбищенской церкви памяти святого Иоана Воина. печатался в Воронежских губернских ведомостях, в «Руси», Воронежских Епархиальных ведомостях, Воронежском телеграфе с 1896 по 1999 годы более 20 статей.[3] В 1889 году открыта народная школа. На 1880 год в селе 27 ветряных мельницы и два базара. В 1886 году сельское общество слободы имело 4867 десятин земли. В 1907 году открыта церковно-приходская школа, учителя С. Михайлов и Ф.К. Гуров, священник Ф. Альбинский.

В годы Великой Отечественной войны 1941- 1945 года уроженецы села  были награждены: младщий С - т Мельников Виктор Антонович орденом Славы III степни (17.02.1945), Еф - р  Мельников Андрей Антонович орденом Красной Звезды (31.10.1944), двумя медалями «За отвагу» (17.02.1944 и 15.03.1944) и «За боевые заслуги» (31.07.1943).

К 2002 году в селе проживает 130 человек, 70 дворов, есть начальная школа (3 ученика). В селе есть памятник истории - Братская могила № 59 с 1942 года, на постаменте скульптурная фигура солдата. По данным райвоенкомата в могиле захоронено 107 воинов.

На шести мраморных плитах фамилии 66 воинов, погибших в период летне-осенних боев и в декабре 1942 года при прорыве обороны противника в ходе операции «Малый Сатурн». Имеется археологический памятник.[4] По переписи населения 2010 года 45 мужчин и 49 женщин.

---

[1] «И апреля де, государь, в 8 день, как они будут ниже откупной вотчины Богучара, против Обросимова караулу, и их де громили в полночь воровские черкасы, конные и пешие и в судах рекою Доном, взяли де у них те Черкасы трех человек живых да одного убили до смерти из пищали, а их де ушло семь человек. А по смете де тех воровских черкас была человек с триста и больше».

[2] Государственный архив Воронежский области (далее ГАВО) фонд и.18. оп 1. д. 254.

[3] Такие как: Грамотная крестьянка №15 за 1897 г., Одно из средств привлечения детей в школу №9 за 1898 г., Общеобразовательное значение церковных библиотек №13 за 1898 г.; К празднику памяти Пушкина №50 за 1899 г. 

[4] Район с. Абросимово – поселение эпохи бронзы (открыто в 1985 г. экспедицией ВГПИ).

 

 БЕЛАЯ ГОРКА - два села, расположенные в четырех и семи километрах от Суходонецкого сельсовета и в 32 км от райцентра, на берегу р. Дон. Впервые упоминается в исторических документах за 1816 год. Ранее Ближняя и Дальняя Белая горки назывались Лысогорками. Название свое получили по белым меловым горам, на которых расположены. В середине ХIX века учителем Н.И. Тарачковым[1] открыт «минеральный источник, коего вода кипела мелкими пузырьками, а на вкус отдавала соленой горчинкой». В 1835 году в деревне проживало 258 мужчин и 302 женщины.

Согласно «Ревизским сказкам»[2] на 1835 год старожилами села, которые поселились здесь в период с 1720 по 1750 годы были: Ерофей Никитьевич Агафонов, Федор Карпович Языков,  Данила Андреевич Шведов, Андрей Давидович Суровикин, Савелий Игнатьевич Ушаков, Филипп Гаврилович Чесноков, Карп Некрасов, Афанасий Медведев, Федор Федорович Горбунов, Григорий Самсонович Подлипаев,  Дмитрий Афанасьевич Федюкин, Василий Федорович Яблоновский, Филипп Лаврентьевич Пуленков и другие.

На 1797 год войсковых обывателей пользовались правом на винокурения, согласно 5-й ревизии душ: 179 мужского и 199 женского пола.

В 1886 году сельское общество Ближней Белой Горки имело 2320 десятины земли, а Дальней Белой Горки 1337 десятин земли. Заселены они были в основном великороссами. К 1900 году в селе Ближняя Белая Горка был 151 двор, и проживало 1050 человек. В деревне Дальняя Белая Горка было 65 дворов и проживало 464 человека. К 1910 году Жаронин Ф.К., Лавров Е.Ф., Агафонов К.О., Боглачев Ф.К. имели в деревне ветрянные мельницы, а Боглачев Ф.К. еще мельницу с керосиновым двигателем. К 1912 году в Белой Горке была построена первая земская школа, а в 1914 вторая.

Уроженец села Георгиевский кавалер 4 ст. Агафонов П.К.[3]

В годы Советской власти источник получил известность благодаря исследованиям воронежского профсоюза А.А. Дубянского в 1931 году. В брошюре «Минеральный источник Белая Горка» (Воронеж, 1984 г.) профессор В.И. Нестеров описал поставленный им опыт с применением Белогорский воды на больных (400 человек) и пришел к выводу, что вода - редкая по химическому составу является базой для создания хорошего курорта.[4]

В годы Великой Отечественной войны 1941- 1945 года уроженецы села  были награждены: ст. С - т Алехин Кузьма Гаврилович орденом Славы III степни (18.09.1944), младший С - т Мамонов Семен Иванович орденом Красной Звезды (28.04.1945), С-т Алехин Никита Иванович орденами Славы III ст. (10.10.1944), Отечественной войны II ст. (10.14.1945) и медалью «За отвагу» (06.04.1944), ст. Л-нт Фролов Афанасий Алексеевич ордена Красного Знамени (04.04.1944), Отечественной войны II степени (05.05.1945), ст. лт. Чепрасов Марей Андреевич ордена Красного Знамени (22.04.1945),  Отечественной войны II степени (03.02.1945) и медалью «За отвагу» (07.07.1943), кр-ц Михалев Филинн Лукьянович орденом Славы III степени (28.04.1945).

Уроженец деревни Яблонский З.П.[5] в годы Великой Отечественной войны 1941 -1945 годов был командиром Кумской партизанской группы, объединившей в своем составе три отряда: «Александр» Арзгирского, «Семен» Прикумского и «Яков» Левокумского районов.

С 1960 по 1971 гг. бригада И.П. Фрола по разливу ежедневно отправляла в санаторий им. Цюрупы 1300 бутылок. К сожалению, по 2003 год, вода не использовалась и, как писал А.А. Дубянский в 1969 году, «делается это по невежеству, по зависти и по злому умыслу». В Богучаре на базе ОАО «Пищевик» предполагался розлив двух видов минеральной воды «Белогорская» – лечебной и лечебно-столовой.

В 2004 году пущена в строй лецебниица на  30 мест.

Санаторий широко использует ресурс для целебных ванн, а также применения внутрь. Проходя через каменноугольные отложения, вода вымывает огромное количество разных минералов. Она обогащена мышьяковой и бромной кислотами, кремниевой содой и хлористым кальцием. Это единственный в России источник, повторяющий всемирно известные родники Висбадена и Крейцнаха.

В 1988 году население Белой Горки первой и второй насчитывало 175 человек, которое проживало в 78 дворах.

По переписи населения 2010 года  в Первой Белой горке 78 мужчин и 91 женщина, а во Второй 12 мужчин и 7 женщин.

 

---

[1] См. у Никитина Ивана Савича в письмах, стр. 19: «Тарачков Н., слышно, открыл в Богучарском уезде минеральные ключи и нашел где-то на берегах Дона пласты гранита в обширных размерах. Вода, как сейчас я слышал, разложится химически, и насколько в ней окажется минерального – бог весть. Гранит под землею, и количество его неизвестно. Подробностей о том и другом я не знаю, потому что еще не видал самого Тарачкова. М. Мих.»

[2] ГАВО фонд и.18. оп 1. д. 254.

[3] Агафонов Петр Калинович ГК 4 ст. Награжден Его Императорским Высочеством Великим Князем Георгием Михайловичем от имени Государя Императора села Белая горка.

[4] Минеральная вода Белая Горка относится к числу холодных бромных вод с высоким содержанием органических веществ. Водопроявление бромных минеральных вод на юге Воронежской области связано с нижнекаменноугольными отложениями Днепровско-Донецкой синеклизы. Белогорская вода приурочена к песчаникам и известнякам озерско-хованского горизонта. Уровень залегания кровли подземного водоносного горизонта находится на глубине 122,5—146,0 м. Обнаружена белогорская вода была совершенно случайно. При поисках нефти и газа из скважины с глубины 146—182 м начала фонтанировать горько-соленая вода с минерализацией 8,9 г/л. Температура воды составляла 11—11,5 °С. В ней содержалось 36,8 мг/л брома. По химическому составу вода источника Белая Горка представляет большую редкость. В воде содержится 5745,6 мг/л хлоридов, 4,0 мг/л сульфатов, 97 мг/л гидрокарбонатов, 112,9 мг/л натрия, 1280,7 мг/л кальция, 291,4 мг/л магния. Концентрация брома колеблется от 36,8 до 48,9 мг/л, а норма 25 мг/л. В малых дозах присутствуют фтор, литий, стронций, йод. Количество железа достигает 0,5 мг/л (Смирнова А. Я., Бочаров В. Л., Лукьянов В. Ф., 1995).

[5] Яблонский Захар Прохорович  (1899 г.р. - 1983) – участник Гражданской войны. З.П. Яблонский вспоминал: «…Во время гражданской войны я был командиром эскадрона, служил в кавалерийском корпусе легендарного Гая. В июне 1920 года бои шли с белополяками у города Полоцка. Полоцк расположен на правой стороне Западной Двины. Бойцы под моим командованием нашли брод, перешли реку, перерезали железнодорожный путь, бросились преследовать врага. Конники продвинулись вперед на 30 километров, взяли богатые трофеи, пленных, и лишь к вечеру соединились с основными силами корпуса»  Командир корпуса Гай поблагодарил бойцов за удачные действия, а Захару Яблонскому подарил свою бурку. Эта бурка хранится в музее Вооруженных сил СССР. В коммунистическую партию Яблонский вступил в 1927 году. ВКП(б). В 1936 году в Москве был в составе счетной комиссии по принятию Сталинской Конституции. В 1937 году - репрессирован, отсидел один год. Награжден орденами Отечественной войны I степени, Красного Знамени, два ордена Красной Звезды, медалью «За оборону Кавказа».

Винницкий родник

 Во второй половине XVII века и начале XVIII века первые переселенцы из Черниговской, Полтавской, Харьковской, Винницкой губерний, волостей, хуторов и сел появились сначала на территории Острогожского полка, а затем и на землях входившего в него Богучарского уезда.

С собой они приносили свои имена, фамилии, названия населенных мест. Так знакомые теперь Богучарцам. Взять хотя бы названия сел и хуторов. Черниговской губернии: Алексеевка, Веселый, Варваровка, Вольное, Высокое, Греков, Дьяченково, Журавка, Кравцова, Криница, Рогозино, Степанов, Загребелье, Филоновка, Терешковка, Степной, Григорьевка, Ольховка, Покровка, Соколовка, Томиловка, Федоровка. Полтавской губернии: Марьевка, Савки, Твердохлебы, Терешки. Подольской губернии, Винницкого уезда: Писаревка, Степановка. Екатеринославской, Таврической и Херсонской губернии[1] - Белозерский уезд: Копани, Никольское; Чаплинского уезда – Червонная Долина и многие другие.

И не удивительно, что в Богучарском районе, так много фамилий с суффиксами: - енко, – ко, - ский.

Да и других украинских фамилий.

Взять хотя бы фамилии Винницкого уезда: Борейко, Гладченко, Голубова, Журавская, Иванченко, Кучер. Михнова, Перевозников, Романенко, Раковский. Михайлов, Костенко, Черный, Марченко, Мартыненко, Коваль, Осадчий, Сиденко.

Исторически Богучарский край входил в южную часть Воронежского края, которая в народе называлась «Донская Украина». Активное заселение продолжалось и во второй половине XVIII века.. С 1748 по 1782 год многие фамилии малороссов изменились и были приближены к нормам русского языка: замена – ец на – цов, – ак на – аков, – ик на – иков и т.д.).

Большую роль в расселению колонистов, пребывающих из Малороссии и Польши на территорию Острогожского полка, в период 1765 по 1770 год сыграл Лисаневич Иван Стефанович исполнял должность уполномоченного комиссара по расселению. Много украинцев пришли на богучарские земли  после крупнейшего крестьянско-казацкое восстание в 1768 на Правобережной Украине против феодально-крепостнического, национального и религиозного гнёта шляхетской  Польши. Среди них Бондоренко, Дейнекины, Кичатые, Ковали, Костенко, Нежевые, Романенко, Тараны, Чалые, Щербинины.

Переселенцы первые 12 лет освобождались от всех налогов и местных сборов. Их дети на этот период освобождались от воинской службы.

С фамилиями пришли названия оврагов урочищ оврагов долин. В Богучарском уезде появились названия: Забудьков Яр, Винницкий овраг, Таранов яр, балка Савчина, урочище Сармин, Червонная долина, яр Метригуз.

У богучарцев, до сих пор сохранились малороссийский говор (суржик), обычаи, одежда (правда в сундуках бабушек), традиции, поверья и конечно легенды. Одну из них мне поведал поэт Леонид Ступаков - житель села Красногоровка. Он даже написал стихотворение «Тайна родника», в котором, поэт поведал одну из легенд села.

В Винницком урочище среди полей,
В тишине за Лысой белой горкой
Прячется родник под кроной тополей.
Тайну о любви дивчины гордой
Сохранил в душе своей до наших дней.
Бросит на пришедшего пытливый взгляд
Разольётся песней по долине
Сказочно-певучей на старинный лад.
Подражая голосом дивчине,
Соловьиной трелью зазывает в сад.
Доля занесла в далёкие края,
Винница родимая молчала,
Разлучила с милым, миражом маня.
Диким лебедем любовь кричала,
Верность сердца в поднебесье унося.
Тайну о любви дивчины той хранят 
В Красногоровке легендой страстной.
Сквозь века колокола по ней звонят
Нежностью чарующе-прекрасной,
Лебединой песней в небесах звенят.
Действительно в XVIII-XIX веках в с. Красногоровка прибыли переселенца из Винницкого уезда Подольской губернии. Хотя село с название Красногоровка есть и в Полтавской области  Украины. Анатолий Штондин в статье «Как заселялся Богучарский уезд Воронежской губернии»[2], пишет: «На небольшом расстоянии от того полтавского села Дьяченков  (на Украине – Е.Р.) расположено и сейчас большое село Красногоровка, как и в Богучарском районе Воронежской области, которое тоже находится на крутом берегу реки! Недалеко от них находятся села Луговое, Поповка, Писаревщина и т. п. Вот откуда взялись названия сёл Богучарского и Кантемировского районов».
В рукописном песеннике, сохранившемся в семье жительницы с. Красногоровка Натальи Ильиничны Гавриловой (Романовой), сохранились слова многих украинских песен, которые обычно исполняли, когда собиралась большая семья родственников. Среди них есть народная украинская песня «За туманом». Исполняли песню, как правило, на украинском языке. (Полный текст песени).
За туманом ничого не видно,
За туманом ничого не видно.
Тiльки видно дуба зеленого,
Тiльки видно дуба зеленого.
Пiд тим дубом криниця стояла,
Пiд тим дубом криниця стояла.
В тый криницы дiвка воду брала,
В тый криницы дiвка воду брала.
Та й пустила золоте вiдерце,
Та й пустила золоте вiдерце.
Засмутила козаковi серце,
Засмутила козаковi серце.
А кто ж теє вiдерце дiстане,
А кто ж теє вiдерце дiстане.
Той зі мною на рушничок стане,
Той зі мною на рушничок стане.
Обiзвався козак молоденький,
Обiзвався козак молоденький.
А я ж теє вiдерце дiстану,
А я ж теє вiдерце дiстану.
Та й з тобою на рушничок стану,
Та й з тобою на рушничок стану.
Туман яром, туман долиною,
Туман яром, туман долиною.

Возможно, именно эту песни исполняла украинская девушка у Винницкого родника, расположенного на южной окраине села в глубоком овраге.

Родинку издавна приписывали целебные свойства. Будто вода этого родника улучшала зрение и лечила от бесплодия.
Как рассказал житель села Егор Романов. Украинская девушка, которая была разлучена с суженым и приехавшая сюда с родителями, приходила сюда обычно вечером за водой и пела свои народные песни. Овраг превращался в огромный резонатор, который усиливал голос певицы, и как через рупор, проходя через село, упирался в реку Дон. Жители села, как правило, выходили на лавочки у двора и слушали задушевные песни, слова которых были пропитаны нежностью и любовью к суженому.
Возможно, тут звучала и друга песня привезенная девушкой из Винницкого уезда, которая есть в песенники жительницы с. Красногоровка Наталии Романовой. (Полный текст песени).
Дивлюсь я на небо та й думку гадаю:
Чому я не сокіл, чому не літаю,
Чому мені, Боже, ти крилець не дав?
Я б землю покинув і в небо злітав.
Далеко за хмари, подальше од світу,
Шукать собі долі, на горе привіту
І ласки у зірок, у сонця просить,
У світлі їх яснім все горе втопить.
Бо долі ще змалку здаюсь я нелюбий,
Я наймит у неї, хлопцюга приблудний;
Чужий я у долі, чужий у людей:
Хіба ж хто кохає нерідних дітей?
Кохаюся з лихом, привіту не знаю
І гірко і марно свій вік коротаю,
І в горі спізнав я, що тільки одна -
Далекеє небо — моя сторона.
І на світі гірко, як стане ще гірше, -
Я очі на небо, мені веселіше!
Я в думках забуду, що я сирота,
І думка далеко, високо літа.
Коли б мені крилля, орлячі ті крилля,
Я б землю покинув і на новосілля
Орлом бистрокрилим у небо польнув
І в хмарах навіки от світу втонув!
Как бы то ни было, но легенда и песни сохранились, а глубокий овраг, родник и байрачный лес получил название на карте района Винницкий.

[1] Журнал Богучарского земского собрания за 1912 год. Павловск., 1913.

[2] Газета «Коммуна» от 6 декабря 2012 года.

Блуждающие мертвецы или врагу не сдается наш гордый "Варяг"

 
Октябрь 1902 года. На сельских сходах Богучарского уезда было зачитано Объявление на вызов к выполнению воинской повинности. Повестки многие новобранцы получили, когда семьи сеяли озимую рожь. Богучарцев часто брали во флот. Так как многие жили у великой реки Дон. Среди призванных на службу, были будущие моряки: Дорофей Чередников, Андрей Дегтярев, Петр Букин, Василий Коломийцев, Андрей Фирсов, Павел Ещенко, Петр Чвикалов и другие.

Многим из них не приходилось видеть море, а тем более плавать на судах да еще в чужих водах. Хотя  все умели плавать. Андрей Фирсов, Василий Ефтеев и Сергей Усенков выросли у реки Дон. Павел Ещенко у озера Лиман.

Призыв на срочную морскую службу на Дальнем востоке длился семь лет и три года потом в запасе. В семье Павла Ещенко  было шесть братьев и три сестры. «Трое – Федор, Мефодий и Никифор – уже отслужили в армии. Теперь настал его черед».

Как вспоминал Петр Ещенко, проводы были печальными. «Плакала жена Марина с пятилетним сыном Тимошкой на руках. Швыдче вертайтесь до дому тату, - лепетал малыш».

Пешком новобранцы дошли до железнодорожной станции Кантемировка. Здесь их погружали в товарные вагоны. Один поехали на север, а моряки со всего Богучарского уезда на юг. Неделю добирались до Одессы. После сборов полторы тысячи новобранцев погрузили на корабль, который держал путь к берегам Дальнего Востока,  «С тоской смотрели они на скрывающийся в тумане город, на мачты больших и малых судов … Сорок девять суток продолжалось плавание. Позади остались песчаные берега Суэтского канала, экзотический Сингапур, где темнокожие туземцы, сталкивались лбами, - вспоминал Павел Ещенко, - бросались в воду, чтобы найти небрежно брошенную офицером монетку, шумный японский порт Нагасаки».

Вот, наконец, и конечная обстановка – город-порт Владивосток.

После десятимесячного обучения ребят распределили по эскадрильям.

В то время на службу в военно-морской флот зачисляли матросами только тех, кто имел неполное или полное среднее образование.

Матрос II-й статьи Андрей Варавин перед службой окончил Калачеевское реальное училище и получил специальность механика, кочегар I-й статьи Андрей Фирсов Богучарское церковно-приходское училище оба попали служить на крейсер «Варяг».  Матрос II-й статьи Петр Ещенко сначала попал на клипер «Разбойник» в Порт–Артуре, а затем его перевели кочегаром на судно «Силач». Машинист I-й статьи Дорофей Чередников из с. Полтавка Дьяченковской волости, кочегар I – статьи Петр Букин, сигнальщик Андрей Дегтярев на эскадренный броненосец «Ослябя». Матрос II-й статьи Тимофей Будков и Матрос II-й статьи Василий Коломейцев из Калачеевской волости Богучарского уезда на эскадренный броненосец «Россия». Матрос I-й статьи Степан Плахов и старший комендор Василий Ефтеев из с. Пасека Монастырщенской волости на эскадренный броненосец «Князь Суворов». Матросы I-й статьи Сергей Усенко, Петр Чвикалов из хутора Малеванного Дьяченковской волости и Грачев Григорий Борисович Матрос 1-й статьи из села Баннаго Березовской волости Богучарского уезда на эскадренный броненосец «Бородино».

Когда вместе с другими моряками Павел Ещенко участвовал в строительстве пристани для миноносцев на отдаленном острове Таранто, началась война.

Ещенко П.Ф. рассказывал в 1964 году Ивану Кузмичу Звягинцеву: «В ночь на 20 января 1904 года в бухту зашел русский крейсер и просигналил: «Командир порта приказывает на сняться с якоря и идти в Порт-Артур». Команда «Силача» стала готовиться к отплытию.

Кузницу, инструменты погрузили на шлюпки и отправили на корабль. Подъем якоря был назначен на 12 часов ночи. Но случилось так, что дежурный проспал, и команда была поднята позже.

Спокойными мы были остаток ночи и утро. Но уже на подходе к Порт – Артуру услышали гул взрывов. А подойдя еще ближе увидели подорванные минами русские корабли «Ретвизан», «Цесаревич» и «Палладу». Только тут команда узнала о нападении японцев. Повредив три русских корабля, японцы отошли в море. Если бы дежурный на «Силаче» не проспал и корабль снялся с якоря раньше, то корабль попал бы под огонь японцев…».

Утром 24 января 1904 года, еще до объявления о разрыве отношений около Фузана японцами был захвачен шедший в Порт-Артур с грузом продовольствия и консервов пароход Добровольного флота «Екатеринослав». Всего в портах Кореи и Японии было захвачено 9 гражданских судов России. Началось война и тяжелые дни осады. «Все уже сжималось кольцо вокруг Порт-Артура. Русские моряки и сухопутные войска проявляли героизм … Долгие месяцы «Силач» стоял у поврежденного «Ретвизана». Под огнем японцев откачивали воду, подводили кингстоны. Однажды, спустившись в трюм, - вспоминал Петр Ещенко, - услышал сильный взрыв. Быстро поднялся наверх. Оказалось, снаряд угодил прямо в палубу «Ретвизана». Кочегар с оторванной ногой, с искаженным от боли лицом, сказал.

-Смотри, Ещенко, что творят. Куда наши смотрят?

 И потерял сознание. Японская гаубица из-за горы Ляотешань била по «Ретвизану». Огонь кем-то корректировался. Только когда русские установили на возвышенности свой наблюдательный пункт с телефоном и открыли ответный огонь, обстрел прекратился». Началась война и оборона Порт-Артура, где совершались великие подвиги и принимались роковые, а порой и противоречивые решения.

Говоря об обороне, нельзя не сказать об истории порта.

15(27) марта 1898 года была заключена русско-китайская конвенция, которая предоставляла Порт-Артур в аренду России на 25 лет с правом продления этого срока. Первыми здесь высадился 9-й Восточно-сибирский стрелковый полк. 16(28) марта 1898 года над Золотой горой под гром приветственного салюта и раскатистое «Ура!» взвился Андреевский флаг. Порт-Артур был сделан главной базой русского военного флота на Тихом океане. К 1 января 1904 г. в Порт-Артуре проживало (кроме войск) 51 906 жителей: из них 15 388 русских и 35 тысяч китайцев.

Оборона Порт-Артура длилась 329 дней – это яркий пример ратной доблести русских солдат.

«Не раз русские корабли пытались вырваться из Порт-Артура. Но безуспешно. Одна попытка кончилась гибелью броненосца «Петропавловск» и адмирала Макаров, другая - тем, что прорваться смог только «Цесаревич», ушедший в Циндао, а остальные броненосцы с серьезными пробоинами вернулись в гавань. Налеты японцев все учащались.

Стоящие в порту суда ежечасно подвергались опасности. К тому же с многих из них были сняты пушки и установлены на берегу, так что корабли, по существу, были беззащитны».

9 февраля 1904 года в корейском порту Чемульпо произошел бой крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» с японской эскадрой. Во время боя, продолжавшегося 45 минут, на борту «Варяга» погиб 31 человек: один офицер - мичман Нирод и 30 нижних чинов. Еще двое скончались в госпитале после боя. Итого жертв: 33. Отмечу - это из почти 700 чел. команды - все остальные благополучно вернулись домой.

Вопреки распространенной версии, «Варяг» не был затоплен в море. Крейсер притопили рядом с берегом так, чтобы команде было проще выйти на берег. Вода даже не покрывала палубу, и крейсер лежал на мели, накренившись на левый борт. Через несколько месяцев японцы подняли «Варяг» и он вошел в состав японского флота под именем «Соя».

Командира «Варяга» Всеволода Федоровича Руднева обвинений в трусости. После его возвращения в Россию многие офицеры просто не подавали ему руку. У Руднева В.Ф. случилось психическое расстройство, и в 1913 году он скончался в своем имении.

Героическим был бой «Варяга» или нет, пусть разбираются историки флота, но погибшие на «Варяге» моряки - в любом случае герои.

Погибшие и умершие в госпиталях моряки были похоронены в Чемульпо. Среди них был и наш земляк - уроженец города Богучар Андрей Андреевич Фирсов.

27 января 1904 года в бою на баке, он находился у пушки Барановского №35 и вместе с командором Дмитрием Шараповым (уроженцем деревни Селиваново Вологодской губернии) вели огонь по противнику. Разорвавшийся на шканцах вражеский снаряд убил Д. Шарапова и смертельно ранил Андрея Фирсова[1].  Кочегар 1 статьи мещанин из Богучара умер от ран 15 февраля 1904 г. во французском госпитале Красного креста  г. Сеул (Корея)[2].

Всего тяжелораненых в бою при Чемульпо было 29 человек: мичман Губонин П.Н.; нижние чины: Боркун Г.Т. (умер от ран); Зезюлин Д.; Иванов А.; Калинкин М.Е.; Козаков Т.; Кузьмичев В.; Курсик (Курсис) А. (И.) Е.; Левин В.; Лесниченко А.; Макаровский В.; Мачигин (Мочигин, Мачичин) А.; Миронов М.; Мудрик (Мудрый) И.; Попов Н.; Потеха (Потаха) И.; Прилепский С.; Разинков И.; Рыжков И.; Селютин С.; Соушев М.; Степанов М.; Тимашук П.; Федоров Д.; Фирсов А.А. (умер от ран); Шестаков М.; Шкетник А.И.; Шпартук (Шпортун) Г.В.; Шутов И.Н. (в том числе 3 чел. после боя отправлены в Гонконг).

Только «Севастополь» храбро отражал вражеские атаки. Но и он предпочитал стоять не в порту, а у горы Ляотешань. Рядом с ним находился и «Силач».

Павел Ещенко, как очевидец тех событий, рассказывал: «Однажды пять японских миноносцев в темноте подошли к горе Леотешань, чтобы атаковать «Севастополь. Достигнув своей точки, они выбросили мины, которые застряли в сетке ограждения. Один японский миноносец попал под огонь русских пушек и был подбит. Другой взял его на буксир, и они скрылись в море. Но следующей ночью японцы добились своего. Их минный катер, обойдя заграждения, подошел к «Севастополю» и, подорвав его рабочий винт, ушел незамеченным».

Утром 20 декабря 1904 года командир порта контр-адмиралы Иван Константинович Григорович и военный губернатор Порт-Артура, отдал приказ: «Силачу» взять «Севастополь» на буксир, вывести на глубину и потопить, затем у входа в гавань должен быть потоплен и «Силач».

Тяжело русским матросам мириться с гибелью родных кораблей, чувствовать печальную необходимость сложить боевое оружие.

В Богучарском краеведческом музее бережно хранятся воспоминания Павла Ещенко о той далекой русско-японской войне. Вот отрывок из них: «Когда над кораблем сомкнулась вода, 2 моряка с «Силача» вместе с капитаном Балком[3] принял решение: не сдаваться, любой ценой вырваться из Порт-Артура.

Ночью, погрузившись на паровой катер, они незаметно вышли в море. Шли осторожно, рискуя в каждую минуту быть обнаруженными японцами. Море было на редкость спокойным, благоприятствуя рискованному шагу моряков. Н все же от легкого ветерка, создаваемого движением, тухла свеча у компаса. Пришлось ориентироваться по звездам. За ночь катер ушел далеко, а когда наступил рассвет, матросы увидели на берегу фанзы[4]. В какой же стороне китайский порт Чифу, к которому они стремились? Стали совещаться. В это время на горизонте показался силуэт корабля, не японец ли?

-Ещенко у тебя бинокль с «Севастополя». Ну-ка глянь, - сказал капитан Балк. Машинист, поднял бинокль, всматриваясь в силуэты незнакомого корабля, в его флаг.

-Американец.

-Ну, этого бояться нечего.

Катер продолжил свой путь невдалеке от берега. И всего через три мили пристал в Чифу. Моряки иностранных судов, стоящих в порту, приветствовали горстку русских моряков, прорвавшихся через блокаду. Только японцы в бессильной ярости смотрели на русских. Но ничего не сделаешь: Чифу-нейтральный порт».

В русско-японской войне русская эскадра потеряла убитыми и утонувшими 209 офицеров, 75 кондукторов, 4761 нижних чинов, всего 5045 человек. Ранены 172 офицера, 13 кондукторов и 178 нижних чинов. В плен взяты 7282 человека, включая двух адмиралов. Из 38 участвовавших с русской стороны кораблей и судов затонули в результате боевого воздействия противника, затоплены или взорваны своими экипажами — 21 (7 броненосцев, 3 броненосных крейсера, 2 бронепалубных крейсера, 1 вспомогательный крейсер, 5 миноносцев, 3 транспорта), сдались в плен или были захвачены 7 (4 броненосца, 1 миноносец, 2 госпитальных судна).

20 декабря 1904 (2 января 1905) генерал А.М. Стессель заявил о своём намерении вступить в переговоры о сдаче. 23 декабря 1904 (5 января 1905) была заключена капитуляция, согласно которой гарнизон в составе 23 000 человек, из которых боеспособных было порядка 10-11 тысяч человек, остальные больные и раненые, сдавался военнопленными со всеми запасами боевого снаряжения. Порт-Артур был сдан.

Многие моряки кресера «Варяг» после смерти остались лежать в чужой земле. Только в 1911 году правительство России обратилось к властям Кореи с просьбой эксгумировать их прах и перезахоронить во Владивостоке. И мертвецы продолжили свое блуждание по морям. В декабре 1911-го провели эксгумацию, извлекли останки 12 человек их останки перевезли во Владивосток, о чем есть официальный акт, а 17 декабря 1911 года их предали земле на Морском кладбище с подобающими почестями: «при опускании в землю 1-го, 6-го и 12-го гробов ружейный взвод сделал по одному залпу».

Среди похороненных на Морском кладбище Владивостока есть наш земляк уроженец города Богучар, мещанин Андрей Андреевич Фирсов. Его имя на стеле памятника.

Могилой других земляков-богучарцев Павла Ещенко стало море. Среди них:

Эскадренный броненосец «Ослябя»: Машинист 1 ст. - Чередников Дорофей Трофимович; Сигнальщик - Дегтярев Андрей Тимофеевич; Кочегар 1ст. Букин Петр Ксенофонтович. Крейсер «Россия»: Матрос 2 ст. Будаков Тимофей Григорьевич; Матрос 2 ст. Коломийцев Василий Иванович. Эскадренный броненосец «Князь Суворов»: Матрос 1-й статьи Плахов Степан Дмитриевич; Старший комендор Ефтеев Василий Иванович. Эскадренный броненосец «Бородино»: Матрос 1-й статьи Усенков Сергей Дмитриевич; Матрос 1-й статьи Чвикалов Петр Васильевич; Матрос 1-й статьи Грачев Григорий Борисович.

И все же Павел Ещенко вернулись домой. Вот как рассказывал он о своем возвращении: «прибыли во Владивосток. Здесь узнали о том, что трудовой народ поднялся на революцию против царизма. Слухи об этом доходили до нас и раньше. Теперь сами убедились в этом. Значит, переполнилась чаша терпения. Поражение в русско-японской войне ускорило революцию. Сначала пытались нас отправиться домой, чтобы удалить от революционных событий. Порт-Артурцы, а нас было тысячи человек, запротестовали. К нам прибыл адмирал порта.

-Братцы в чем дело? – заискивающе спросил он.

- Хотим ехать железной дорогой.

- Но ведь нет вагонов.

- Неправда. Мы были на станции. Есть товарняк, на нем и поедим.

В другое время такая дерзость, может быть, и не прошла бы даром. Но, напуганные революцией, царские чины стали мягче. Вскоре товарняк увозил моряков на запад».

Дома Павла Ивановича встретила только жена, первенцу Тимофею не довелось больше увидеть отца. Болезни, постоянное недоедание унесли в те времена множество детей, в том числе и двух его сыновей.

Не пригодилась и положи­тельная аттестация, выданная ему капитаном «Силача» С.З. Бал­ком. «Толстосу­мам не было никакого дела до того, что человек проливал кровь за их барыши».

Поэтому нанялся сначала работать на же­лезной дороге в Минеральных водах, где жил брат, затем в станице Мешковской, и в селе Твердохлебовке, в потом в г. Богучаре. «Поступая на работу, приходилось торговать­ся за каждую копейку. Купцы во всем стремились обжулить рабочего человека … Приходилось трудиться по 15 - 20 часов в сутки». Вскоре в семье родились пять дочерей. Все они при Советской власти получили высшее образование.

В семье дочери Нины Павловны Нечуятовой (Ещенко) (1908.12.02-2002), кандидата экономических наук, участницы Великой Отечественной войны, бережно хранятся отцовские знаки отличия: военный орден 4-й степени, серебряная ме­даль на Александрово-Георги­евской ленте». Аттестационный лист и фото отца были переданы ею в Богучарский краеведческий музей в 1984 году, где и хранятся по сей день.

Среди флотских друзей Павла Ивановича Ещенко был его земляк Андрей Денисович Варавин. С ним они познакомились еще в далеком 1902 году, когда призывались на службу. Но вот служить пришлось на разных кораблях. Матрос 2-й ст. служил А.Д. Варавин  служил на крейсере «Варяг», вместе с Андреем Фирсовым из г. Богучар и принимал участие в сражении крейсера с японской эскадрой Чемульпо 27 января 1904 года.

В архиве семье  Варавиных сохранились подробности подвига Андрея Денисовича на «Варяге» во время сражения с японской эскадрой. «С самого начала боя и до момента затопления крейсера «Варяг» машинист-механик А.Д. Варавин находился на боевом посту. Когда крейсер стал тонуть, он прыгнул в ледяную воду и, ухватившись за бревно, держался за него до тех пор, пока его не подобрал итальянский корабль».

23 февраля 1904 года Андрей Варавин был награжден знаком отличия  Военного Ордена 4-й степени (Георгиевский крест) №97876, а 31 августа 1904 награжден медалью в память боя при Чемульпо. 

Подвиг всех доживших до этого времени участников легендарного сражения «ваяряжцев» был отмечен и Советской властью. В 1954 году во знаменование 50-летия подвига «Варяга» они были награждены государственной наградой СССР боевой медалью «За отвагу».

Именем Андрея Денисовича Варавина названа 1-я гимназия города Калача Воронежской области, где ему посвящен музей.

---

[1] 27 января/9февраля 1904 г.

[2] Вахтенный журнал крейсера 1-го ранга «Варяг» http://cruiserx.net/logbook/logbook.htm

[3] Балк Сергей Захарович - русский военно-морской офицер. Родился 4 апреля 1866  г. Участвовал в обороне Порт-Артура во время Русско-японской войны 1904 - 1905г. Отличался огромной физической силой, храбростью, инициативой и скандальными выходками. В январе 1913 г. был переведен командиром на транспорт «Рига», впал в депрессию, запил и в ночь на 27 февраля 1913 года застрелился.

[4] Фанза — тип традиционного жилища, распространенный в Китае, Корее и на Дальнем Востоке России у коренных народов.